Корпорация анти ЖЖ, глава третья

23 Август 2010
от

Оглавление:


Глава третья:  Расплата

На диване лежал человек и  смотрел в потолок.
Большая жирная муха кружила над самым его носом, но он не отгонял ее и вообще никак не реагировал. Человек думал.
И покоя ему не давала такая же назойливая, как муха мысль: “Зачем? Зачем? Зачем?”
“Думать надо было раньше” – сказал себе Прист, прекрасно понимая всю бессмысленность этой фразы.
Он никогда не раздумывал, если надо было помочь другу или если речь шла о несправедливости, за что часто и расплачивался.
И жена  ушла поэтому, не выдержав его “донкихотства”. Хотя, не только поэтому…

Прист потянулся всем телом и отогнал, наконец, надоедливую муху.
Прозвище закрепилось за ним еще со времен учебы на актерском факультете и накрепко приросло. Он и сам порой уже не помнил свое настоящее имя.
Прист был очень хорошим актером, хотя популярности не достиг. Он всегда предпочитал сцену  кинематографу, а театр, к сожалению, почти умер.
Да и кино люди хотели смотреть в уютной домашней обстановке. Его приглашали сниматься, но Прист был очень требователен к сценариям и не соглашался даже на главные роли в бездарных, но прибыльных картинах.

Вот жена и не выдержала. Ей хотелось славы и достатка. Драгоценностей, мехов, модной одежды. Отпусков на лучших курортах, белую яхту и синее море. Все чего не мог ей дать бедный артист.
Она давила на него, заставляя сниматься в тупых фильмах, но на компромисс с собственной совестью Прист не пошел. Предпочел расстаться с женой.
Он разочаровался в последнее время в женском поле – никогда не мог понять страсть к комфорту, красивым вещам и абсолютную беспринципность прекрасной половины человечества. Не везло ему с женщинами.

Прист сел  и полез в тумбочку за сигаретами. Там должна была еще оставаться начатая пачка. Он нащупал одну, вытащил, щелкнул зажигалкой и закурил.
– И что же теперь делать? – сказал он себе. – А ничего… Что у них может на меня быть? Блефуют.
Но все-таки внутри сидел этакий червячок и ел его. А вдруг?
Он прекрасно знал, когда ввязывался во всю эту грязь, что рискует и сильно рискует.
И друг, его лучший друг еще со школы, проклинал ту минуту, когда рассказал Присту о своей беде.

Друг был талантливым молодым писателем, пробивался с трудом, набивал себе шишки.
Как и многие молодые и наивные попал под обаяние этой акулы ЖЖ, именно акулы, не имеющей к перу никакого отношения.
Очень гордился тем, что Ти Билл – эта новоявленная звезда взял над ним шефство и записал к себе во френды. Послал “гению” несколько своих нигде еще не опубликованных рассказов и получил целый список критических замечаний от учителя.
Правда в конце своего письма мэтр обещал, что после исправления выдвинет рассказы на конкурс молодых писателей и даже посодействует их продвижению.
Друг летал как на крыльях, а через пару недель обнаружил свои рассказы опубликованными под именем Ти Билла.  Один из них даже был выдвинут на конкурс и, естественно, занял первое место, как и все, что было “написано” мэтром.
Все попытки как-то объяснится со “звездным” писателем результата не дали, а кончились вообще тем, что Ти Билл вычеркнул молодого и наивного автора из френдов.
Друг по этому поводу ужасно напился и по пьянке обо всем рассказал Присту, пригрозив убить всеобщего кумира.

Тогда-то и зародилась у Приста идея разгромить противника на его же поле, в этом долбанном ЖЖ.
Он легко зарегистрировал десять аккаунтов – вживаться в образ для него особого труда не составляло, да и игра постепенно захватила его самого.
Особенно интересно было балансировать на грани флирта, играя роль Присциллы – надо сказать это ему удалось блестяще.
Где-то через полгода игры он почувствовал к себе явный интерес со стороны “звезды” и даже большее.

Актеру без труда удавалось выведывать секреты Ти  Билла.
Главной целью Приста стало поймать мэтра за руку на плагиате, на бессовестном обмане таких же доверчивых авторов, каким был его друг и разоблачить перед всеми. И ему  это почти  удалось, но тут на горизонте возникла премия Взбрыкова, будь она неладна.
Так заманчиво было сорвать этому бессовестному писаке ежегодную победу – и Прист решил рискнуть. Конечно, это было глупо. Ведь он догадывался, что у “звезды” есть пути к закрытой информации.
Но Прист был азартным игроком…

Звонок видеофона раздался сегодня утром и разбудил его.
В театр Прист  не шел и думал отоспаться, но не вышло. Еле продрав глаза, он посмотрел на экран и увидел молодого незнакомого клерка в синем костюме и очках, который жизнерадостно улыбался с экрана.
– Что надо? – недовольным и заспанным голосом буркнул актер.
– Господин Прист! У меня к вам очень серьезный разговор.
Советую дослушать до конца – это в ваших же интересах – почти скороговоркой, но четко выложил молодой человек, и видимо боясь, что собеседник все же бросит трубку, сразу назвал цель разговора. – Речь пойдет об одном очень известном и знакомом вам человеке – Ти Билле.

Прист сразу же проснулся и понял, что дело серьезное. Ведь “господин Прист” не имел к Ти Биллу никакого отношения – он не входил в число френдов знаменитости.
Прист попытался изобразить из себя лоха, сделать вид, что ничего не понимает и выведать побольше о том, что же известно собеседнику.
Но “очкарик” тут же раскусил его хитрость и не дал увести разговор в сторону.
– Господин Прист, поверьте мне, вы в очень незавидном положении.
Подробности я сообщу вам при личной встрече, а пока скажу только одно: вы знаете, какое наказание ожидает человека имеющего десять клонов в ЖЖ?

Прист почувствовал, что земля уходит у него из под ног.
– Итак, уважаемый, я надеюсь, вы поняли, что я не шучу.
Попрошу вас сегодня в 17:00 быть у нас в агентстве. Да, пожалуйста, не опаздывайте.
И молодой человек повесил трубку.

– Ничего не поделаешь, надо идти.
Все равно, сидя дома и размышляя, ничего не узнаю.
Часовая стрелка неумолимо двигалась вперед. Пора было собираться.
Прист встал и подошел к зеркалу. Оттуда на него смотрел молодой очень симпатичный мужчина лет тридцати.
Четко очерченные скулы, большие, удивительно выразительные зеленые глаза, очень живое и подвижное лицо.
Даже однодневная щетина придавала ему особый шарм – этакий герой – любовник.
Хотя он не любил такие роли – его амплуа были харАктерные герои.
– Не буду бриться – подумал Прист. Много чести!
Он подмигнул своему отражению в зеркале, что должно было означать: “Держись,  приятель, где наша не пропадала! Выплывем! ” – и стал одеваться.

***

В агентстве  Приста встретила очень миловидная секретарша.
В другое время он бы не преминул сказать ей пару комплиментов просто так без всякой цели, но сейчас было не то настроение.
Поэтому, он просто ей улыбнулся своей очаровательной улыбкой дамского угодника. Девушка просияла в ответ.
Прист отметил, что в офисе нет  других посетителей . “Подготовились, гады” – сказал он себе.
В кабинете его ждали двое: тот самый “очкарик” и седой благообразного вида мужчина.
На лице молодого – читалось плохо скрываемое нетерпение и любопытство.
“Седой” был непроницаем – он хорошо умел скрывать свои чувства.

– Вот вы какой, господин Прист – произнес “благообразный”.
” Ага, ну конечно. Вот ты какой, северный олень” – откуда – то из глубин подсознания выскочило у Приста.
” Что это? Наверное, из какой – то пьесы” – подумал актер, и ему стало смешно. Смех он сдержал, но улыбка вышла широкая и дружелюбная.
– Ну и прекрасно, что вы не держите зла. Так мы скорее поймем  друг друга, – продолжал Гоблин.
Итак, мой помощник, Дэн, разъяснит вам подробно суть дела.

Дэн  получив, наконец, зеленый свет от босса не стал даже дожидаться пока посетитель усядется в предложенное кресло.
Он подошел к центральному пульту голографа, достал две пластиковые карточки и  вставил одну из них  в дисковод.
Затем прошел к противоположной стене, на которой висел большой плазменный экран и включил его.
На экране появилось изображение мужчины  с добрым, хотя и немного изможденным лицом.
– Вы узнаете этого человека, господин Прист? – спросил Дэн.
– Первый раз в жизни вижу – не моргнув глазом, соврал актер.
Как же ему было не знать одного из своих клонов – 57 – летнего химика, страшного зануду по имиджу.
– Хорошо – улыбнулся клерк – я и не ожидал от вас другого ответа.
С этими словами он снова подошел к прибору и вставил одновременно другую карточку.
Экран разделился на две части.
На одной так и осталось изображение мужчины, а вот на второй появилась молодая  женщина лет тридцати.
– И ее вы тоже не узнаете?
– Конечно, нет, – продолжал Прист бодро, понимая в душе, что дело приобретает скверный оборот.
С экрана на него смотрела Присцилла – тот самый клон, которым он так гордился.
Дэн нажал какую-то кнопку,  и вдруг оба изображения совместились, а на экране появился человек чем-то очень напоминающий самого Приста.

– И что вы скажете на это? – торжествующе спросил Дэн, указывая пальцем в изображение.
– Ничего – невозмутимо продолжал свою игру  Прист.
– И как вы можете объяснить такое совпадение? Вы никого не узнаете? Даже себя?! – начал раздражаться Дэн.
– Нет, молодой человек. Во-первых, я вам ничего объяснять не должен – это ваша работа.
А во-вторых, я не вижу сходства. Есть какие-то черты, немного напоминающие меня, но это не может служить доказательством.
И потом, может вы прежде, чем показывать мне фокусы потрудитесь, все же рассказать, зачем пригласили  сюда.

Дэн, покраснев от злости, замолчал, а затем, преодолев желание набить посетителю морду, начал холодным до предела тоном.
– Неделю назад в наше агентство обратился уважаемый писатель Ти  Билл.
У него возникла проблема с десятью его френдами, которые почему – то проголосовали против него на ежегодном конкурсе.

Метки: , ,

Страницы 1 2 3

Написать ответ